Финансовый успех, как правило, приписывается высшему интеллекту. Неужели репутация г-на Мэдоффа и список его инвесторов подкупили менеджеров? Или, может быть, их привлекли обещания, как казалось, гарантированных доходов? Или они боялись показаться глупыми, сомневаясь в эффективности его стратегии или, что еще хуже, в его честности? И, конечно же, такая организация, как SEC, не должна была рассуждать подобными категориями, тем более, что ее неоднократно предупреждали соперники Мэдоффа. Но в Комиссии работают менее состоятельные и, вероятнее всего, менее квалифицированные люди, чем высококлассные профессиональные финансисты, которые, тем не менее, также были сбиты с толку. Как заявил в интервью Wall Street Journal Роналд Касс, бывший декан юридического факультета Бостонского университета, похоже, что Бернард Мэдофф смог обойти действующие законы. Его способность запудрить всем мозги «показывает ограниченность существующих законов, а не необходимость в новых».
Home > Кризис
Финансовый успех
Финансовое регулирование
Финансовое регулирование жизненно необходимо. Но легче от этого не становится
Финансы – это механизм, управляющий экономикой, но механизм нестабильный и опасный. Вряд ли стоит рассчитывать на то, что банки или другие финансовые институты смогут справиться с охватившей инвесторов эйфорией, при этом государство продолжает бездумно разбрасываться деньгами. Финансисты совершают ошибки, за которые приходится платить всем остальным – именно этим объясняется необходимость финансового регулирования.
Стратегические промахи
Порой были и стратегические промахи. Все начиналось прекрасно в 1970-х с Уолтера Ристона из First National City Bank, позднее переименованного в Citicorp. Ристон стал учителем для целого поколения банкиров, стремящихся эффективнее использовать капитал и быстрее расти. Гораздо позже менеджеры коммерческих и инвестиционных банков стали с болезненной завистью смотреть в сторону Goldman Sachs. Как результат, требования топ-менеджмента по ежегодному увеличению объема продаж и прибыли, выраженные двузначными числами (подобно инвесторам, пораженным Йельской завистью, которые в порыве сравняться с доходами университетского фонда пожертвований вкладывают средства в частные акции и хедж-фонды). Рой Смит из Школы бизнеса Стерна указывает на то, что требование роста заставляло увеличивать объем для каждого финансового продукта, как это было с бумагами, обеспеченными пулом ипотек, и кредитными займами. Citi, UBS и Merrill Lynch совершили фатальную ошибку, наращивая ипотечное кредитование. Да будут прокляты отставшие в этой гонке.
Непрошеный совет
Подобные модели выглядят вполне объективно, но каждая имеет свой контекст – осуществить продажу, надавить на слишком импульсивного трейдера и т.п. Эндрю Ло, профессор Школы менеджмента Слоуна Массачусетского технологического института, рисует картину спора главы Lehman Brothers и его риск-менеджера. Предвидя катастрофу, риск-менеджер предлагает закрыть ипотечный бизнес, на что босс угрожает немедленным увольнением. Он предлагает урезать расходы, но босс считает, что конкуренты будут расширяться и переманят его лучших людей. Он говорит о страховании рисков, но босса больше волнуют сотни миллионов долларов упущенной выгоды в последующие два года.
Мотивы менеджеров
Однако мотивы менеджеров несколько глубже, чем просто обмануть акционеров и поставить ранчо на кон. Управляющие в Bear Stearns и Lehman Brothers не были партнерами, тем не менее, владели крупными долями в бизнесе. Джимми Кейн, исполнительный директор Bear Stearns, лично потерял более 1 миллиарда долларов в результате банкротства; по имеющимся сведениям, Дик Фалд, его коллега из Lehman Brothers, потерял примерно столько же. В большинстве своем трейдеры получают свое вознаграждение наличными тогда, как бонусы топ-менеджеров наполовину состоят из опционов и акций, которые они не имеют права продавать в течение последующих трех-четырех лет. Многие компании с недовольством относятся к досрочной продаже акций, даже если сотрудники вправе это сделать. Таким образом, всего через несколько лет благосостояние менеджера большей частью связано с благосостоянием самого банка.
Старые добрые времена
В 1970 в Goldman Sachs работало 1300 человек. В конце прошлого года в штате банка было порядка 30000 сотрудников. В 1971 году в Morgan Stanley работало 3500 человек; на пике своего роста, в 2006 – 55000. И хотя в определенные переходные периоды появлялись такие инвестиционные бутики, как Perella Weinberg, консолидация – основной тренд в истории развития коммерческих и инвестиционных банков.
Правила игры в условиях кризиса
Финансовая система переживает естественный отбор наоборот.
Великий американский экономист Ирвинг Фишер так и не смог оправдаться за свое сделанное накануне финансового краха 1929 года замечание о том, что цены на акции вышли на казавшееся вечным «высокогорное плато». Подобно Фишеру, но уже в 2007 году, за несколько недель до августовского падения акций, бывший глава Citigroup Чак Принс заявил Файнэншл Таймс: «Танцуйте, пока музыка играет». А затем последовала его фатальная фраза: «И пока мы все еще танцуем».